Главная / Лента / Кирпич в аптеке

Кирпич в аптеке

Самвел Григорян о том, может ли закон защитить первостольников, подвергающихся шантажу и угрозам покупателей

Тема, о которой пойдет речь, к сожалению, актуальна всегда. Поговорим о случаях, когда отдельные аптечные посетители прибегают к угрозам, шантажу — пусть не в юридическом, а в словарном значении — когда их агрессивное поведение граничит с хулиганством, а порой и переступает эту грань. В наши дни они чаще всего скандалят при попытках противозаконного возврата ими лекарств в аптеку, по вопросу цен либо в связи с их желанием получить рецептурный препарат без рецепта.

В частных беседах многие аптечные руководители сетуют, а первостольники прямо‑таки жалуются, что за последние год-два уровень агрессии со стороны покупателей вырос. Конечно, речь идет о среднем уровне, а не обо всех, кто заходит в аптеку. Те, кто и раньше умел держать себя в руках, как правило, и сейчас не позволяют себе распоясаться. Но сегодня мы поведем речь не о них, а об «аптечных хулиганах».

Закон им не писан

panthermedia_A13656151Для начала расскажем несколько реальных и, к сожалению, типичных историй, произошедших в 2017 г. В небольшую аптеку, расположенную в спальном районе Москвы, зашел мужчина лет 30‑ти, приобрел две упаковки подгузников и вышел из здания. Через 10–15 минут он вернулся и попросил первостольника взять обе упаковки обратно (сказал, что ошибся с размером), выдав ему назад уплаченную за них сумму.

Разумеется, он услышал в ответ фразу о том, что данный товар обмену и возврату не подлежит. При этом фармацевт сослалась на пункт 2 «Перечня непродовольственных товаров ненадлежащего качества, не подлежащих возврату или обмену на аналогичный товар других размера, формы, габарита…» Постановления Правительства РФ от 19.01.1998 № 55 «Об утверждении правил продажи отдельных видов товаров…», который касается предметов личной гигиены.

Была в поведении данного покупателя одна особенность. Многие другие покупатели в такой ситуации настаивают на том, что препарат некачественный, думая, что таким образом могут добиться его возврата. И, кстати, нередко добиваются своего, несмотря на надлежащее качество товара — путем доведения аптечных работников до изнеможения.

Но этот человек совсем не утверждал, что товар имеет хоть какой‑то изъян. Более того, он знал о существовании запрета на возврат и обмен приобретенных в аптеке товаров. Иначе говоря, он отдавал себе отчет в том, что позиция фармацевта правомерна, а его просьба, постепенно превратившаяся в настойчивое требование в повышенном тоне, противоречит норме законодательства, следовательно, незаконна.

Но это его не смущало. Видя, что ему не удается добиться своего, он сделал два заявления: пригрозил, что пожалуется на аптеку «куда следует» и потребовал Книгу жалоб и предложений.

Еще один пример. Другой посетитель другой аптеки, более взрослый и агрессивный, в аналогичной ситуации громогласно обещал ее работникам большие неприятности, потому что у него «есть связи».

Третий пример. Агрессивный визитер поднял в торговом зале большой шум из‑за того, что первостольник отказался отпустить ему антибиотик без рецепта. Он кричал-требовал: «Покажите мне закон, по которому нельзя продавать это лекарство без рецепта».

Однако на самом деле закон был ему не нужен и не писан. Ни указание «отпускается по рецепту» в инструкции по применению, ни выдержки из приказа, регулирующего отпуск лекарственных средств, его не убедили. Он продолжал настаивать, угрожая аптеке жалобами, страшными проверками и прочими неприятностями, по ходу этого пару раз оскорбив фармацевта нецензурными словами. При этом он великодушно соглашался не жаловаться в инстанции, если аптечные работники пойдут ему навстречу и отпустят рецептурное лекарство без рецепта.

Угрозы, шантаж, принуждение

Ну что это как не угрозы, шантаж и принуждение аптечного работника к совершению административного правонарушения? Читаем в толковом словаре: «угроза — обещание причинить какое‑либо зло, неприятность», «шантаж — угроза, запугивание кого‑либо чем‑либо для достижения своих целей». Эти значения подходят для описанных ситуаций.

Отпуск антибиотика без рецепта, согласно пунктам 5г и 6 «Положения о лицензировании фармацевтической деятельности» (Постановление Правительства РФ от 22.12.2011 № 1081), — это грубое нарушение лицензионных требований. Тех самых требований, которые защищают самих потребителей.

А данный посетитель давил на аптечный персонал, побуждая и в определенной степени вынуждая его это грубое нарушение совершить. О побуждении и вынуждении позволяют говорить прозвучавшие угрозы и шантаж.

Слово — юристу

Но словарное определение — одно, а юридическое — совсем другое. Проблему комментирует Елена Кузнецова, старший юрист гражданско-правового департамента Юридической фирмы «Клифф».

«В подобных ситуациях аптечному работнику необходимо в первую очередь убедиться в правомерности или неправомерности требований покупателя. По общему правилу, установленному в Приказе Минздравсоцразвития России от 14.12.2005 № 785, лекарственные препараты надлежащего качества не подлежат возврату или обмену. Этот же документ регулирует отпуск лекарств по рецептам. Возврат возможен только в случае, если приобретенный товар был ненадлежащего качества.

Приведенные примеры показывают, что покупателям неизвестны границы их прав, установленные нормативными актами РФ. На этом фоне, в случаях агрессивных претензий и действий, вопрос о квалификации действий покупателей с точки зрения закона актуален для представителей аптечных организаций.

Шантаж или угроза сами по себе не являются отдельным составом, обособленным в Уголовном кодексе РФ. Принуждение к совершению административного правонарушения также отсутствует как состав в Кодексе об административных правонарушениях в РФ (далее — КоАП РФ).

В зависимости от конкретных обстоятельств, можно квалифицировать действия посетителей аптек как совершение административных правонарушений. Так, нормами статьи 20.1 КоАП РФ предусмотрена ответственность за совершение мелкого хулиганства, то есть за нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся нецензурной бранью в общественных местах, оскорбительным приставанием к гражданам, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества.

Статьей 5.61 КоАП РФ предусмотрена ответственность за оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме. При этом, упрощая, можно сказать, что привлечение к ответственности возможно за действия, сопровождающие требование (агрессивное поведение, оскорбление, порча имущества), но не за само требование продать лекарство без рецепта или вернуть деньги за лекарство.

В любом случае, если действия посетителя аптеки агрессивны, неадекватны ситуации, сопровождаются оскорблениями, угрозами, то лучше всего вызвать полицию и постараться зафиксировать его поведение с помощью видеокамеры. Представители полиции смогут оценить, есть ли в действиях посетителя основания для привлечения его к ответственности».

Итак, комментарий Елены Кузнецовой сводится к следующему. Как бы посетитель ни принуждал фармацевта совершить нарушение или грубое нарушение лицензионных требований, прочих норм, он может это делать без негативных для себя последствий, поскольку ответственность за принуждение к совершению административного правонарушения нашим законодательством не предусмотрена.

Теоретически он может быть привлечен к ответственности за мелкое хулиганство или оскорбление, унижение чести и достоинства аптечного работника, если будет вести себя агрессивно, нарушая общественный порядок в аптеке, оскорбительно приставать к фармацевтам, унижать их честь и достоинство словом и действием, сыпать нецензурной бранью, наконец, бить стекла в аптеке и т. п. Теоретически — потому что на практике трудно припомнить хотя бы один такой случай.

Кирпич в аптеке

Важно также понять причины, почему некоторые посетители — подчеркнем еще раз, что речь идет об отдельных агрессивных людях, а не о потребителях вообще — так легко прибегают к угрозам и шантажу фармацевтов и провизоров (в словарном, а не юридическом значении этих слов), смелеют в ощущении своей безнаказанности.

Во-первых, такова общественная атмосфера, подогреваемая СМИ и особенно телевидением, — аптеки и аптечные работники у нас заведомо виноваты во всем, в том числе в том, что лекарства стоят выше 0 руб. 00 коп. Это создает у потенциальных хулиганов и агрессоров ощущение, что в случае какого‑либо конфликта в аптеке общество всегда встанет на их сторону, а аптека не станет с ними связываться и уступит.

Во-вторых, их окрыляет анонимность. Обратите внимание, имена аптечных работников и руководителей доступны всем, кто заходит в аптеку, — они указаны на бейджиках, информационных стендах.

А вот потенциальный агрессор безымянен. Даже в случае предъявления претензий в аптеке закон не только не обязывает его представиться, но даже защищает его анонимность в ситуации, когда посетитель решает сделать запись в Книге жалоб и предложений. То есть жалобщик может написать всё что угодно, в том числе откровенную неправду, подписавшись при этом не своим именем. Не говоря уже о том, что анонимность может создавать у отдельных посетителей ощущение, что можно нагрубить, нахамить, угрожать, оскорбить, и никто не узнает, кто это сделал. Поэтому, не будет ли правильным ввести норму, согласно которой посетитель, в случае предъявления каких‑либо претензий к аптеке, должен будет в первую очередь представляться?

Вернемся к первой рассказанной истории — той, где была попытка вернуть подгузники. Посетитель сделал запись в жалобной книге, соврав при этом, что первостольник вела себя с ним грубо. Вся ее грубость заключалась в том, что она не удовлетворила его незаконное требование.

Но запись в книге осталась, и в аптеку, может быть, еще придет проверка, если этот посетитель написал жалобу еще и в контролирующую инстанцию, по привычке густо разбавив правду неправдой. И аптеке в очередной раз достанется ни за что. Точнее, за строгое соблюдение закона.

Источник: КАТРЕНСТИЛЬ

, чтобы оставить комментарий!